zulikhan | Проклятое время

Художественное произведение. Все возможные совпадения случайны.

ПРОКЛЯТОЕ ВРЕМЯ

Если бы рядом с этими тремя, сидящими в недорогой московской кафешке, оказался писатель или даже хороший психолог - он сказал бы, что один из них похож на мелкого бандита, пытающегося выглядеть крупным, второй - на юного помощника депутата Госдумы, мечтающего занять место шефа, третий - на молодого партизана, который вышел из леса в огромный город, да так и застрял в нем, не понимая, что он здесь делает.

- Делают вид, что такие они муъмины правоверные, а сами бухлом и наркотой барыжат, - брезгливо сказал Ваха. - Детям наркоту продают. А менты крышуют, ничего сделать нельзя.
В глазах у Дени полыхнуло возмущение, у Руслана искоркой сверкнул интерес.
- Ну так что - вы со мной?
- Амира спросить надо, - сказал Дени.
- Бабки брать будем? - спросил Руслан.
- Какие бабки? - возмутился Ваха. - Уродов наказать надо, а ты - "бабки"... Ну, что решаем? Сутки, максимум двое - и мы дома, иншаАллах.
- Только если мой амир не против, - сказал Дени.
- Твой амир, - наклонился к нему Ваха, - не в городе сейчас. Я сам здесь долго не буду. А наказать муртадов, - он еще понизил голос, - не я сам придумал. Приказ амира Хьусайна.

- Вааа, - вырвалось у Дени. Он своими глазами видел фото Вахи с Хьусайном. Он сам мечтал быть как амир Хьусайн. И имел для этого все задатки, да не сложилось.
Ваху Дени честно пытался уважать. Ваха добывал деньги для муджахидов. Не брезгуя никакими способами. Лет десять из своих тридцати пяти он за это сидел. Вроде как за дело достойное, но... мутный он какой-то.
А еще Дени очень тревожило, что Ваша Борз не в курсе и вообще вряд ли разрешит такое. Жизнь и свободу своих волчат он всегда ценил больше, чем урон каким-то муртадам. И вообще не признает операции, разработанные кем-то со стороны.
Полагалось бы спросить его разрешения, но по телефону такие вопросы не решают. Скайп - тоже, говорят, прослушать могут, да и не пользуется амир скайпом.
А Дени очень хотелось организовать волчат, ворваться вместе с ними к каким-нибудь подонкам и стрелять - хотя бы в потолок, хотя бы из поганых травматов - наблюдая за их лицами.
Значит, сам Аллах хочет, чтобы он принял решение самостоятельно.

Руслан слегка презирал и "амира" Старого Волка, застрявшего в прошлом и корчащего из себя царского офицера, и его глупых волчат. Война позади, кроме имиджа, от боевиков ничего не осталось. А вот имиджем надо уметь пользоваться.
В свое время, совсем пацаном, Руслан рвался в горы. Ненадолго - на месяц-другой, заслужить лычки боевика и назад. Но это было еще при жизни амира Халида, а сейчас в лесу делать нечего.
Ваху он считал двойным агентом ФСБ и "лесных", но это мало его заботило. Он был молод, и ему нужна была биография, с которой за ним пошли бы люди. Ради этого был готов рискнуть. Трусом себя не считал, дураком тоже.

**********************************
Через два дня в небольшой бар в провинциальном городе вошли пятеро. Все одеты в темное, у всех закрытые лица - у одного медицинской маской, у второго - кепкой сверху и банданой внизу, у еще троих - балаклавами.
Ну, бисмиЛля. Они действовали четко, слаженно. Двое встали у выходов - основного и запасного. Третий выстрелил из пистолета в воздух. Все обернулись - и трое парней молниеносно начали выпроваживать посетителей. Руками сзади за плечи, мягкий нажим в спину - на улицу.
Один из парней схватил табуретку, "Аллаху Акбар!" - совсем еще юным голосом - и врезал по бутылкам за барной стойкой.
Официантка с визгом забилась в угол.
Буквально за секунды они нашли и уничтожили весь алкоголь. Бармен, улучив момент, хотел выскочить на улицу, но высокий парень в балаклаве поймал его, заломав руку, и еще раз бахнул в воздух:
- Показывай, урод, где наркота.
- Забирайте, все забирайте...
Весь белый порошок они спустили в умывальник.
- Скажи своему муртаду хозяину - будет торговать наркотой - понял? - и высокий парень сделал красноречивый жест рукой по горлу.

Они пришли чисто и ушли чисто - не вместе, не засветившись ни на одной камере, кроме той, что была в самом баре, но там они уже были в масках. Это была мелочь, суррогат, но даже такие мелкие операции надо проводить красиво.

*************************
На следующее утро Ваха сидел в кабинете у следователя, прикованный наручниками к стулу. Он совершенно не был напуган.
- Снимите с меня наручники и дайте позвонить, - сказал он. - Я имею право на звонок.
- Позвонишь. И тебя заберут. Но после того, как все расскажешь. - Следак наклонился к Вахе. - Ты пойми, парень, не дам я тебе с Аслана бабло сбивать. И никому не дам. Рэкетирь кого-нибудь другого. Если найдешь кого. А еще лучше - вали отсюда.
Ваха улыбнулся.
- Но сначала давай поговорим. Не хочешь по-хорошему - будет по-плохому. Извини, друг, но я твой бандитский затылок на видео сразу узнал. Как увидел, говорю Потапову: "Да это ж наш Ваха!".

В тот же день за Вахой приехали и увезли в другое ведомство - по подозрению в причастности к экстремистской группировке. Через несколько дней он был на свободе.

Дени "приняли", когда он шел домой с работы. Мордовороты в штатском налетели втроем, повалили лицом в асфальт, защелкнули наручники. Он не спросил, кто его задерживает и за что. Уже в машине (это был не бобик, а самая обычная машина), зажатый между двумя дюжими операми, руками в наручниках дотянулся до кармана. Вслепую нажал несколько кнопок на мобильном. Надеялся, что ничего не перепутал и заранее набранная СМСка ушла туда, куда нужно.

Руслана в наручники не заковывали. Просто задержали, ничего не объясняя, запихнули в машину и долго куда-то везли. Он еще ни разу не попадал в полицию, но знал по рассказам других, что менты любят долго мурыжить человека, прежде чем начать допрашивать, чтобы он "перегорел". Но Руслана сразу же повели в кабинет к следователю.
- В общем, так. Мы знаем, что это вы ограбили бар. Ты, Г-иев и Д-ев. Напишешь явку - молодой-несудимый, может, получишь условно.
Руслан понял, что врать бесполезно. Он уже открыл рот, хотел сказать, что в этом баре продавались наркотики, что лицензия у них была просрочена... И тут до него дошло.
- Мы никого не грабили!
- Как это не грабили? А выручку из кассы кто взял?
Каким-то образом Руслан понял, что это не развод.
Значит, урод хозяин заявил, что его ограбили, чтобы им статью потяжелее впаяли. А может, это работники бара, воспользовавшись налетом, сами обокрали своего хозяина?
Или это Ваха?..
- Какую выручку? - тихо спросил Руслан. - Мы только бутылки с бухлом побили...
Следователь тяжело вздохнул и вставил диск в дисковод. Это была запись с камер видеонаблюдения.
На экране парни в масках били бутылки с бухлом. Но их было четверо, а не пятеро.
А вот и запись с другой камеры - ближний план из крохотной комнатушки, где находилась касса. Открытый в ужасе рот девушки-кассирши. Ваха - не узнать его даже со спины было невозможно - бьющий ее по лицу и выгребающий деньги из кассы в черный рюкзачок. Уходя, он повернулся - медицинская маска и глаза крупным планом чуть ли не на весь экран.
- Ваха... - тихо сказал Руслан.

Дени избивали почти двое суток. Били толстой книгой по голове, надевали на голову пакет. Обливали водой и по мокрому били током.
Он сказал, что в том баре не был и никого из задержанных не знает. Когда был уже не в силах говорить, что ничего писать не будет, его швырнули за стол, вложили в руку ручку и начали диктовать. Он кивал головой, записывал - пока опер не бросил взгляд на листок. Там было написано, что Дени признает, что является агентом трех иностранных государств - Гондураса, Науру и Вануату.

********************
Для Дени нашли адвоката, но его к Дени по понятной причине не пустили. У Руслана тоже был адвокат, хороший и дорогой, нанятый отцом-бизнесменом (хорош не тот адвокат, который умеет выступать в суде, а тот, который знает, кому и сколько нести). Когда он вернулся со встречи со своим подзащитным, стало понятно, что Ваха сдал Дени и Руслана, Руслан сдал Дени и Ваху, а еще двоих пацанов, совсем еще юных, никто не сдал, потому что никто их не знал, кроме Дени.

********************
- Пока тебя не было, Ваха, урод, подставил наших оболтусов. Повез их громить какой-то наркопритон, крышуемый мусорьем. Вроде как за справедливость. А сам взял кассу. Наши об этом не знали, пока Дени не приняли. Грабить бы не пошли, понятно. Но доказать, что они не соучастники грабежа... Не докажем, в общем.

Командир сидел, обхватив голову руками, у него опять дико болела голова, а надо было что-то делать.

Менты за совсем небольшую взятку поделились записями с камер видеонаблюдения.
- Это Ваха-Пароход, - говорила жена командира (пароходом она прозвала его потому, что он имел пару ходок в зону). Это Руслан, который в 2005-м возле нас крутился, помнишь? А это Денины волчата...
- Да. Ризван и Эдик. Засиделись они, засиделись... А виноват я.
- Да-а... Свили мы гнездышко...

Она прекрасно знала всех пятерых. Помнила, как совсем еще юный Руслан завидовал Дени, что тот имеет "лычки боевика" - похоже, с тех пор Руслан мало изменился. К Рамзану его взяли бы только шестеркой, а у него амбиции, да и не хочет он никуда из Москвы уезжать. А может, он еще умнее и не спешит ставить на Рамзана.
Знала и Ваху. Года три назад, когда муж тоже был в отъезде, к ним в дом ввалились менты и перевернули все вверх дном, ища оружие. Ваха, которого она тогда едва знала, почему-то первым примчался на помощь. Успокаивал ее, чуть не потерявшую контроль от ярости - и с нажимом уговаривал, даже заставлял написать на ментов "телегу", что они избили ее, обокрали и чуть ли не пытались изнасиловать.
- Но это же неправда, - растерянно сказала она. Менты вели себя по-хамски, угрожали, запугивали - но пальцем к ней не прикоснулись и ничего не украли.
- Ну, и что, что неправда? А как они на нас дела фабрикуют? Их надо бить их же оружием! - горячился Ваха. И тогда она внимательно посмотрела на него, сказала, что устала, что ей надо кормить ребенка, и вежливо попросила уйти.

- Что думаешь, - спросила она, - это ФСБшная подстава против нашей "банды" или Вахина самодеятельность?
- Да самодеятельность, конечно, - сказал муж. - Захотел с владельца бара бабло сбивать. Бандюк он или кто? Привез для этого наших кретинов, потому что там его давно уже все знают. Сказал им, наверное, что это приказ Гакаева, или еще кого-нибудь. А владелец ментам отстегивает. У них кровный интерес, потому и приняли наших так быстро.
- Главное, осторожней теперь. Мы не дома. - И замолчали оба.

***********************
Аслан, владелец бара, приехал в свой офис и на секунду, краешком сознания заметил внимательный взгляд молодого паренька, курившего на тротуаре. Через пару часов, когда он садился в машину, по нему скользнул еще один взгляд. Взгляд был такой же, паренек - другой.
Вечером он поужинал с дядей одного из отморозков, напавших на бар - Руслана Т-шева. Тот церемонно извинился. Пообещал немедленно возместить ущерб. Просил забрать заявление. А поздно вечером, когда Аслан отпустил охранника и достал ключи, чтобы войти в свою квартиру, откуда-то сбоку появился мужчина средних лет, выглядящий так, как будто в кармане у него граната, и заслонил ему двери. Чуть позади, не по-бандитски вытянувшись в струнку, стоял молодой парень.
- Слушай, гомосексуалист, - сказал старший. - Мне все равно, чем ты торгуешь, хоть атомными бомбами. Делай что хочешь, но если моего человека через пару дней не отпустят - понял? - И сделал рукой красноречивый жест по горлу.
Уходя, обернулся: "И менты твои тебя не спасут, потому что им-то себя жалко".

***********************
Через десять дней после ареста Руслан и Дени вышли на подписку о невыезде. Еще через пару месяцев уголовное дело против них было закрыто. Ну, не они были в баре, а какие-то другие люди. А если кто и сознался под протокол - а кто видел этот протокол? Никто не видел.

Дени вышел из тюрьмы с веселым смехом, но через месяц слег и полгода тяжко болел - пережитые издевательства запустили какой-то процесс в его организме, он валялся в больницах под капельницами, терял зрение и способность двигаться, и лучшие врачи не могли поставить диагноз.
Но постепенно молодой организм взял свое. Дени поправился и в свободное время снова школит и тренирует своих младших друзей, которые смотрят ему в рот.

Руслан заканчивает вуз, помогает отцу в бизнесе и, скорее всего, планирует следующую попытку "получить лычки".

Ваха на какое-то время исчез, потом вернулся и живет, как и жил. Никто за ним не охотится. Менты, избивавшие Дени, тоже живы и продолжают нести службу.
Наступило проклятое время, когда таких не убивают.

Зулихан Магомадова